March 19th, 2013

noone

НЗ. 1. 2013

На прошлой неделе дошел первый в этом году "Неприкосновенный запас".
Начался он с эссе "Меритократия и демократия", а следом — аллаверды — отрывок из П. Розанваллона (несколько номеров назад было опубликовано несколько материалов посвященных его работе про "контр-демократию"). Черчиллю приписывают слова про то, что демократия — ужасна, но остальные системы правления — еще хуже, вот народ и изобретает способы, чтобы уменьшить ужасы наименьшего зла. Как симптом, материалы очень интересны.
Дальше — три материала, посвященные "Единой России". Т. к. в Синеокой de facto нульпартийная система, прочел исключительно для ознакомления с ситуацией.
Также для ознакомления были прочитаны "Уроки китайского: гонконгская пресса после воссоединения" (нам бы их проблемы!).
Вот с "Антивестернизм в критической кампании против "Pussy Riot" я бы поспорил в пункте сравнения с делом Бейлиса: в 1913 году (и вообще никогда) никакого ритуального использования крови христианских младенцев не было, а вот в прошлом году десакрализация святыни таки была (пускай себе и заслуживающая только административного наказания, и вызвавшая сообщения, что святыня была десакрализована уже до панк-молебна). А в остальном — спасибо за информацию!..
Дальше — интервью с В. Клювгантом (адвокатом М. Ходорковского) и "Социологическая лирика" о том, как население России оценивает роль в жизни страны различных институтов (и не только, ибо озаглавлена она "Двенадцать лет без интеллигенции").
После того, как в начале прошлого года В. Михайлин и Г. Беляева опубликовали статьи о раннесоветском, сталинском и оттепельном плакатах, я все ждал: "а когда же застой и перестройка?" Из "Нашего" человека на плакате: конструирование образа", в котором наконец-то представлены все советские эпохи, я так понял, что т. к. застойный плакат никуда не звал, а перестроечные плакатисты разучились куда-нибудь звать, то много писать о них, собственно, нечего. (Я тут намедни в очередной раз вспоминал доклад Горбачева на юбилее Революции: "Октябрь и перестройка: революция продолжается". На единственном примере перестроечного плаката на майке у девушки под "СССР"ом последние два слова этого названия. Но я это название помню, потому что на уроке английского, читая "Moscow News", мы не могли с ходу перевести слово "Perestrioka". А большинство этого названия, наверное, и не заметило).
Дальше идет материал о том, что рассказывают в Новочеркасске о событиях 1962 года, когда показывают семейные фотоальбомы. "Жизнь после ГУЛАГа. Молодежь после лагерей и репрессий" не открыла ничего нового. А вот рассказ о том, как социалистический реализм влиял на научные (и не только) работы о Ленинградской блокаде, куда интереснее!.. Сколько соцреалистических остатков нашел я в самом себе!..
Название материала "Гарибальди в России: от восхищения к забвению?" говорит само за себя; весь оптимизм, на который способен автор, что тот образ Гарибальди, который все-таки сохранился, сугубо положительный.
Дальше идет рассказ о том, как савинковская газета "За свободу!" реагировала на новость о его аресте, суде, покаянии и т. д.
"Нехватка политической субъективности, или Исторический photoshoping" довольно скучная. Впрочем, и из "Рецептов "алжирской весны" я мало что нового узнал (разве что, о динамике алжирской политической жизни за годы независимости).
Про рецензии (на блоги, журналы и книги) рассказывать не буду!..